Отряд Валоса вполз в город, как стадо избитых призраков. Вместо триумфального марша получилось шествие выживших – потрёпанные, закопчённые, с пустыми взглядами.
«Отлично. Возвращаюсь героем, а выгляжу как последний нищий, проигравший дракону в кости» подметил про себя Валос, стараясь не хромать на ногу.
Копьё-Посох он нёс как древко знамени, но оно больше напоминало костыль. Мифрил тащили в самодельных носилках, и от него веяло таким безразличием, будто это была просто партия особенно тяжёлого булыжника.
Горожане, привыкшие к тому, что баронет возвращается в город либо пьяным, либо в бессознательном состоянии, смотрели с немым вопросительным знаком во взгляде. «Они ждали парад? – Мысленно фыркнул Валос. – Простите, не до шоу. Чуть не стали удобрением для местной грибницы.»
– Смотри-ка – прошептал один из кузнецов – вроде живой. И даже, кажется, трезвый.
– А мифрил-то настоящий! – добавил его подмастерье, уставившись на синеватый слиток. – Думал, как всегда, надувательство.
«Вот ведь народ. Приносишь им богатство и магический артефакт, а они разочарованы, что я не танцую джигу.»
***
Кабинет барона Элдрида встретил их гробовой тишиной, нарушаемой лишь потрескиванием поленьев в камине. Отец стоял у окна, спиной к входу.
– Вернулся – произнёс Элдрид, не оборачиваясь.
– С пустыми руками не вернулся – парировал Валос, с наслаждением опускаясь в кресло.
– Руки-то не пусты – барон наконец повернулся. Его лицо было маской сдержанного гнева. – А голова? В казарме, если ты не в курсе, стоит рота солдат. Натренированных, вооружённых. А в таверне – отребье, которое за кружку эля продаст родную мать.
– Солдаты подчиняются приказам, отец. А этим «отбросам» нужно было платить только мифрилом. И они шли за *мной*, а не за твоим гербом на моём плаще.
– В казарме был просветлённый, Валос! – Элдрид ударил кулаком по столу. – Сержант Горм. Прошёл Адские Болота в одиночку. А ты взял с собой пьяниц!
– Просветлённый – Валос усмехнулся. – Который «видит суть вещей». А суть подземелья в том, что там нет ни одной влажной и безопасной точки. Там нужны были не герои, а те, кто умеет быстро бегать, высоко прыгать и не задавать лишних вопросов. Ваш сержант, я уверен, великолепен в сражении с демонами на равнине. А в тоннеле, где стены шевелятся, он был бы мёртвым грузом.
– Он вернулся бы живым! – в голосе Элдрида впервые прорвалась отцовская тревога.
– Он вернулся бы ни с чем – жёстко парировал Валос. – А я вернулся с тем, зачем шёл. Без потерь.
Он указал на Копьё-Посох, прислонённое к стене.
– Это не просто палка, отец. Это ключ. Ключ к тому, чтобы некромант не превратил наши земли в гигантское кладбище. А ваш просветлённый сержант – просто солдат. У меня не было времени объяснять ему тонкости магической механики.
Элдрид тяжело дышал, его взгляд метался между решительным лицом сына и сияющим артефактом. Гнев медленно уступал место холодному расчёту.
– Ладно – выдохнул он – Ты вернулся. Целью завладел. Но в следующий раз, сын мой, ты будешь использовать ресурсы, которые я тебе предоставляю. Понятно?
– Как кристалл, отец.
«Отлично. Отчитали, теперь можно и отдохнуть.»
***
Вечер. Валос, наконец-то отмывшись от грязи подземелья и сменив одежду на чистую, стоял в семейной библиотеке. Полки под потолок, пахло пылью, древним пергаментом и знаниями, которые никто не трогал десятилетиями. «Идеальное место, чтобы не найти ответы на свои вопросы.»
Он искал всё, что связано с просветлёнными, магией и алхимией. Кто они? Как становятся? Как чертить руны? Как установить условие активации руны? В чём их сила и, что важнее, слабость?
«Если этот сержант Горм такой великий, почему он до сих пор сержант? – размышлял Валос, перебирая фолианты. – Просветление даёт силу, но не обязательно мудрость. Или тактическое мышление. Интересно, можно ли его переманить?»
Он наткнулся на трактат «О природе озарения». Там было много пафосных фраз о «постижении сути» и «единении с мирозданием», но одна глава привлекла его внимание: «Уязвимости».
«…Просветлённый, в момент квантового скачка сознания, получает доступ к фундаментальным законам реальности. Однако разум его не в силах вместить весь объём информации. Потому большая часть знаний оказывается запечатана в глубинах психики, за так называемыми «Печатями Понимания». Снять эти печати можно лишь одним путём — используя дарованную Сингулярность в соответствии с её изначальной, истинной природой, что требует от мага не только силы, но и глубокого личностного резонанса…»
Так-так, мысленно протянул Валос.
Значит, это не просто «стал сильнее». Это ключ, который нужно подобрать к самому себе. Интересно…
Его взгляд упал на описание ограничений Просветленных. «…испытывают выраженную уязвимость к деструктивным эфирным вибрациям, ассоциируемым с Теневым аспектом…»
— Нежеть уязвима к огню — пробормотал он вслух — А у нас в городе нет огненных магов. Удобно. А вызвать подкрепление… да просто не успеют.
Дверь в библиотеку открылась без стука. Валос не отрывался от книги. Во всём поместье был только один человек, позволявший себе такое.
– Если вы принесли извинения от того трактирщика за то, что его вино не смогло растворить мою печень, я не в настроении, – бросил он в пространство.
– Новости, Дворфы. Связались по лягушке.
Валос медленно опустил книгу. Наконец-то что-то интересное.
– И? Они передумали? Решили, что мифрил это ложь, и теперь в моде перламутровые пуговицы?
– Напротив. Торгрим, сын вождя, и его свита уже в пути. Они воспользовались порталом в Каменном Узле. Прибудут завтра на рассвете.
Валос отложил фолиант о просветлении. Оно могло и подождать.
– На рассвете – он повторил, глядя на пламя свечи. – Значит, у нас есть ночь, чтобы подготовиться к встрече с людьми, которые оценят нашу крепость так, как я оцениваю ту самую таверну.
Прекрасно.
– Разбуди инженера. И найди того самого каменщика, который вечно ноет, что наши стены «кривоваты». Скажи им, что у них есть одна ночь, чтобы сделать так, чтобы наши укрепления не заставили дворфов умереть от смеха. И, Корвус…
– Господин?
– Распорядись, чтобы к утру нашли самое крепкое пиво в городе. Не то, что пьём мы. То, что может свалить с ног тролля. Если уж мы произвели первое впечатление идиотов, второе должно быть… незабываемым.
Завтра. Или мы заключаем величайший союз в истории этого захолустья, или дворфы используют наши черепа в качестве кружек для своего пива. Валос потушил свечу, погружая библиотеку во тьму. Что ж, по крайней мере, скучно не будет.